Чтобы облегчить задачу Президента по изучению рапорта и прояснить ситуацию для общественности представлю выводы комиссии в нескольких предложениях. Итак, меня обвинили в слабом менеджменте системой прокуратуры, установив в моей деятельности определенные недостатки.

В реальности ситуация абсолютно иная и так называемые недостатки были выявлены самими прокурорами. Еще в начале своего мандата мною была создана рабочая группа, которая должна была определить в деятельности прокуроров риски коррупционного характера и внедрить в прокуратуре национальные стандарты менеджмента.

После четырех месяцев работы рабочая группа составила доклад об оценке текущей ситуации в системе прокуратуры и предложила план действий для устранения установленных недостатков и реализации задач для улучшения деятельности прокуратуры. По всем установленным проблемам были инициированы процессы, процедуры, предприняты конкретные действия и приняты решения. В прокуратуре были утверждены и началась реализация нескольких стратегий, разработаны десятки регламентов, инструкций, обобщений, реестров, появились десятки новых приказов Генерального прокурора, регламентирующие различные сферы деятельности прокуратуры.

По признанию комиссии все процессы были инициированы, но некоторые из них не были завершены, что по мне является абсолютно нормальным явлением, ибо процессы, процедуры всегда измеряются по времени, а многие из них нуждаются в постоянном мониторинге и корректировке. При этом все это происходило в период пандемии, когда прокуратура и другие структуры работали в ограниченном режиме.

Так вот основные претензии ко мне заключаются в том, что мне не удалось устранить все недостатки, которые при мне и благодаря мне были установлены. При этом, хочу подчеркнуть, что национальные стандарты менеджмента были инициированы и реализовываются только в системе прокуратуры, а в других институтах власти к ним даже не приблизились.

Вторая часть обвинений связана с расследованием определенных уголовных дел и принятыми по ним решений. Во-первых, лично я никаких решений по этим уголовным делам не принимал и принятие процессуальных решений исключительная компетенция конкретных прокуроров. Во-вторых, несмотря на критику этих решений, спустя даже 8 месяцев моего отсутствия в прокуратуре никто их не отменял, поэтому они законны.

В- третьих, и это главное, члены комиссии не имели доступа к уголовным делам, поэтому никак не могли дать оценку по ним. Оказалось, что все выводы и заключения по уголовным делам были переняты с докладов различных неправительственных организаций, которые также не имели доступа к материалам уголовных дел, да и необходимую квалификацию и делали выводы исходя из политической оценки тех или иных факто или принятых решений.

При этом следует подчеркнуть, что такой интерес неправительственного сектора вызвала работа только Генерального прокурора, поэтому складывается впечатление, что других институтов власти в стране нет и всех интересует только деятельность Генерального прокурора и прокуратуры в целом. О корректности некоторых представителей этих неправительственных организаций говорил на последнем моем брифинге 04.10.2021, впоследствии это выступление было умышленно удалено с сайта прокуратуры.

Вот за эти, во многом надуманные, нарушения работа Генерального прокурора была оценена как неудовлетворительная и Президенту направлено заключение с предложением моей отставки. Для меня решение Президента очевидно, еще с тех пор, как эта процедура была начата и как она проходила. Но общество должно знать правду и понимать, что таким образом избавляются от неугодных людей. Будет ли после этого лучше прокуратура - сомневаюсь, время все расставит на свои места.